Нечто в роде дневниковых записей
Июнь 2014

(стр.11)

08.06.2014

Хотелось бы написать: "Добрый день, друзья!"

Утро к этому располагало, было безоблачно и тепло. Я вовсю радовалась долгожданному событию - расцвели ирисы перед моим домиком.

Полосатики с утра пораньше, вылетели в поле

Коршун тоже отправился на промысел

Мурлыкисы наслаждались семейным счастьем

Накануне вечером на "наблюдалку" прилетела копалуха (глухарка). Я фотографировала её в сумерках, думала, что вообще ничего не будет видно, но кое-что получилось :о)

поэтому утречком я отправилась на свой "промысел" в надежде на новую удачу:

тщательно подсчитала пополнение

(интересно же, передалась ли многоплодность ромашкиным детям)

(едва хватило пальцев на двух руках :о))

порадовалась, что клумбы мои теперь стали для ушастых татей недоступными :о)

ибо почти всё огородили

прикормила хлебом эту "даму"

порадовалась виду начинающегося дня

Утром удача улыбнулась мне, и получилось не только сфотографировать синичку с кормом в клюве, но и повстречать на пути своём щегла.

Потом, когда приехали пасечники и перебазировали "буфет" под новый навес, занялась переездом и я.

Пасечники наши, конечно, занимались пчёлами и другими неотложными работами

Все были при деле, поэтому на одуванчики мы не оглядывались.

Небо начало темнеть.

И всё изменилось разом: ветер стал раскачивать дерево, растущее рядом с домиком так, что со ствола посыпалась на землю кора, а само дерево сильно заскрипело. И обрушился с небес крупный частый град.

Он колотил и колотил, срезая листья с деревьев и пробивая лопухи... Мне показалось, что он длится вечность. Вокруг творилось то, чему свидетелем я никогда прежде не была. Крупные градины образовывали на земле сначало мессиво, потом уже утолщающийся слой округлых льдышек.

Когда градовая стена унеслась дальше, я в кедах еле пробралась к навесу - по пасеке среди ледовых наносов текли потоки воды. Вспомнили о высаженных накануне помидорах... Сначала была слабенькая надежда, что Белокуриху град обойдёт стороной. После телефонных звонков, стало ясно, что там град также побывал.

Сильный ветер и удары града захлопнули решёточки на пыльцеуловителях. Когда мы пошли их открывать, то обнаружилось, что кое-где пчёлы не успели вернуться домой до ненастья...

Это единственный выживший из птенцов синичьей семейки...

Он отогрелся в руках. Начал шевелиться. Намокшие взъерошенные перья не давали ему как следует рассмотреть, где же он есть и что вокруг него. Он крутил головой и отказывался есть.

Ночевал он в коробочке с сеном на полке над печкой. Утром чуть свет подал громкий голос.

После очередных неудачных попыток покормить птенца, я вынесла его под навес вместе с коробкой. И тут, услышав птичьи голоса, он завопил отчаянно, что было сил. И ему откликнулись! Я отошла от навеса и с волнением, затаив дыхание, смотрела, как перелетая с места на место, перекликаясь с птенчиком, к коробке приближается синица. Однако под навес она не осмеливалась залететь. Тогда, я сходила за трубой , положила в неё сено и, посадив внутрь мальца, повесила трубу на прежнее её место.

Они встретились!

Синица осмотрела птенца и слетала за букашкой. Почему-то только одна синица и прилетела к гнезду. Но я была рада и этому. Через два часа, я вспомнила об этой семейке. Хотела ещё раз удостовериться, что всё нормально. Оказалось, что птицы покинули гнездо. Нигде рядом на земле птенца не было. Я так думаю, что это был слёток, и до вчерашнего дня сидел в трубе, потому что трудновато ему было выбраться из неё. Положив в трубу сено, я уменьшила расстояние от дна гнезда до верха. Вобщем, хоть какой-то лучик просвета после вчерашних огорчений. Еще утром, накануне, я радовалась, что птицы не волнуются при моём приближении и спокойно выкармливают потомков, позволяя мне фотографировать их. Когда хотела написать страницу дневника , то увидела утреннюю фотку и так огорчилась, что стало совсем не до странички дневника.

Описываю этот день только лишь сегодня (16 июня) по памяти.

Утро 9 июня было тёплым, солнечным и тихим. Град ещё пол-дня лежал вот такими островками.

Цветов вокруг не стало, и пчёлы, вылетевшие на работу, буквально неистовствовали в поисках пищи.